Митрополит Лавр знал, что в деле воссоединения Русской Церкви исполняет свое историческое предназначение, считает наместник Московского Сретенского монастыря архимандрит Тихон (Шевкунов). "В вопросе воссоединения Церквей чрезвычайно многое зависело от двух людей - Святейшего Патриарха Алексия и владыки Лавра. Стоило каждому из них сказать даже не категорическое "нет", а всего лишь "еще не время", и процесс был бы заблокирован на долгие годы. Но и тот и другой сказали: "Да, это должно произойти". И началась очень непростая, исполненная больших испытаний работа", - сказал отец Тихон.
"Владыка Лавр прекрасно понимал, что есть немало сторонников воссоединения. Но когда этот процесс только начинался, противников, быть может, было больше, - считает архимандрит Тихон. - Большая часть людей просто принципиально не верили в перемены в России. Некоторых совершенно устраивало "изолированное положение" Русской Зарубежной Церкви. Некоторые просто с неприязнью относились к сегодняшней России. И владыка понимал, что ему в его возрасте и с очень тяжелыми болезнями - а у владыки были тяжелые болезни, он перенес сложнейшую операцию на головном мозге - работа по воссоединению Церквей будет стоить огромного, постоянного напряжения.
Он понимал, сколько не просто критики, но и грязи выльется на него. Но он знал, что исполняет волю Божию и свое историческое предназначение как Первоиерарх Зарубежной Церкви". Митрополит Лавр "сделал это свое главное дело жизни, завершил особый период существования эмигрантской Церкви, исполнил заветы ее основателей о воссоединении с Русской Православной Церковью в Отечестве после того, как власть, идеологически исповедующая безбожие и богоборчество, уйдет в небытие. Десятилетиями они верили в то, что это произойдет. И владыка Лавр оказался тем, кто завершил этот этап в жизни русского мира".
