В сложный для общества период, мы ежечасно открываем Интернет, включаем новости, дабы узнать, началась ли пандемия ГРИППа, сколько людей умерло на сегодняшний день, сколько госпитализировали. Мы в ужасе осаждаем аптеки, чтобы купить какой-нибудь чудодейственный препарат, который даст нам силы бороться со страшной инфекцией. Мы готовы платить любые деньги, лишь бы заполучить такой препарат. Стоп.
Ни у кого из сотен людей сметающих повязки с прилавков и закупающих оптом амизон не родилась мысль, а поможет ли это? А правда ли вообще то, что мы слышим по телевизору. Мы вообще давно уже не подвергаем сомнению все то, что несет нам массовая культура. Мы лечимся рекламируемыми средствами, поступаем в рекламируемые ВУЗы и покупаем рекламируемый кефир. Постепенно у нас отмирает мысль, что все может быть иначе.
Да и удобнее именно так, когда можно переложить ответственность за себя на кого-то другого. На государство, на телевидение, на газеты и интернет. Ведь это они посоветовали…Мы привыкли не проверять информацию. Мы можем часами обсуждать услышанное по телевизору, но никто не подумает подвергнуть это сомнению.
Так рождается нация потребления. На западе она, правда, уже родилась и выросла, а у нас находится на зачаточном уровне. Нас еще пытаются остановить думающие единицы. Но захочет ли большинство сойти с поезда, обменяв комфорт на свободу рассудка? Вряд ли.
А пока интересная и поучительная история про Запад, про болезни и лекарства. Возможно в тему…
Мы давно заметили, что в странах с развитым капитализмом коммерческая сторона жизни через чур раздута. Если что-то нельзя купить за деньги, то только потому, что это входит в комплект с уже приобретенным. Зарабатыванием денег здесь так увлеклись, что незаметно для себя стали продавать болезни. И их стали покупать.
Все началось с того, что некий препарат Паксил имел несчастье появиться вторым на рынке антидепрессантов. Тогда, когда эта ниша была прочно и плотно забита его предшественником и пионером Прозаком. Да речь не о нем. Как говориться, если товар еще не купили, значит его плохо прорекламировали. Изобретатели злосчастного Паксила, компания GlaxoSmithKline обратились за помощью к PR-компании Cohn & Wolfe.
Руководил компанией Стивен Эйелло. Идея, предложенная им, была проста, как все гениальное. Если нельзя стать первыми на рынке лечения одной болезни. Значит нужно стать единственными в лечении другой болезни. Иными словами, чтобы принести успех лекарству, для него надо сначала придумать болезнь. Болезнь нашлась быстро - это был так называемый «синдром общей тревоги».
Паксил был официально направлен на лечение этой болезни. А хворь эта была такой нераспространенной, что он оказался единственным препаратом, призванным избавлять от синдрома общей тревоги. Дальше были задействованы профессиональные рычаги и приемы. В 2001 году началась масштабная кампания по донесению до общественности информации об этой страшной болезни. Целыми днями с телеэкранов не сходили посвященные болезни ролики, при этом сообщалось, что миллионы людей «тревожатся на полной ставке, проводя в тревоге 40 часов в неделю». В результате люди, считавшие себя просто «нервными», обнаружили у себя новую болезнь.
Рынок был готов. Оставалось лишь запустить рекламу лекарства от этого недуга. И паксил стал долгожданной панацеей. Для убедительности покажу цифры - в 2003 году продажи препарата составили $5 млрд.
Но самое главное достижение Стивена Эйелло – создание нового рынка. Его коммерческий гений подарил миру индустрию торговли болезнями. После успешного эксперимента с синдромом общей тревоги «индустрия болезней» в США заработала на полную мощность, и сегодня фармакологически лечатся такие экзотические заболевания, как «синдром страха перед общественными уборными» или road rage disorder - синдром дорожного бешенства. Diseasemongering. Торговля болезнями, сегодня поставлена на солидную научную основу: в процесс включились профессиональные психиатры. В результате, с каждым днем появляются все новые и новые ужасающие недуги, которые грозят гибелью всему человечеству.
Я не призываю отмахиваться от угроз эпидемии. Я призываю думать своей головой. Просто ответьте на два вопроса. Вы консультировались хоть с одним доктором по поводу эпидемии? И второй, сколько денег вы готовы выложить за новую панацею от ГРИППа?
© Sudba.net
Ни у кого из сотен людей сметающих повязки с прилавков и закупающих оптом амизон не родилась мысль, а поможет ли это? А правда ли вообще то, что мы слышим по телевизору. Мы вообще давно уже не подвергаем сомнению все то, что несет нам массовая культура. Мы лечимся рекламируемыми средствами, поступаем в рекламируемые ВУЗы и покупаем рекламируемый кефир. Постепенно у нас отмирает мысль, что все может быть иначе.Да и удобнее именно так, когда можно переложить ответственность за себя на кого-то другого. На государство, на телевидение, на газеты и интернет. Ведь это они посоветовали…Мы привыкли не проверять информацию. Мы можем часами обсуждать услышанное по телевизору, но никто не подумает подвергнуть это сомнению.Так рождается нация потребления. На западе она, правда, уже родилась и выросла, а у нас находится на зачаточном уровне. Нас еще пытаются остановить думающие единицы. Но захочет ли большинство сойти с поезда, обменяв комфорт на свободу рассудка? Вряд ли.А пока интересная и поучительная история про Запад, про болезни и лекарства. Возможно в тему…Мы давно заметили, что в странах с развитым капитализмом коммерческая сторона жизни через чур раздута. Если что-то нельзя купить за деньги, то только потому, что это входит в комплект с уже приобретенным. Зарабатыванием денег здесь так увлеклись, что незаметно для себя стали продавать болезни. И их стали покупать.Все началось с того, что некий препарат Паксил имел несчастье появиться вторым на рынке антидепрессантов. Тогда, когда эта ниша была прочно и плотно забита его предшественником и пионером Прозаком. Да речь не о нем. Как говориться, если товар еще не купили, значит его плохо прорекламировали. Изобретатели злосчастного Паксила, компания GlaxoSmithKline обратились за помощью к PR-компании Cohn & Wolfe.Руководил компанией Стивен Эйелло. Идея, предложенная им, была проста, как все гениальное. Если нельзя стать первыми на рынке лечения одной болезни. Значит нужно стать единственными в лечении другой болезни. Иными словами, чтобы принести успех лекарству, для него надо сначала придумать болезнь. Болезнь нашлась быстро - это был так называемый «синдром общей тревоги».Паксил был официально направлен на лечение этой болезни. А хворь эта была такой нераспространенной, что он оказался единственным препаратом, призванным избавлять от синдрома общей тревоги. Дальше были задействованы профессиональные рычаги и приемы. В 2001 году началась масштабная кампания по донесению до общественности информации об этой страшной болезни. Целыми днями с телеэкранов не сходили посвященные болезни ролики, при этом сообщалось, что миллионы людей «тревожатся на полной ставке, проводя в тревоге 40 часов в неделю». В результате люди, считавшие себя просто «нервными», обнаружили у себя новую болезнь.Рынок был готов. Оставалось лишь запустить рекламу лекарства от этого недуга. И паксил стал долгожданной панацеей. Для убедительности покажу цифры - в 2003 году продажи препарата составили $5 млрд.Но самое главное достижение Стивена Эйелло – создание нового рынка. Его коммерческий гений подарил миру индустрию торговли болезнями. После успешного эксперимента с синдромом общей тревоги «индустрия болезней» в США заработала на полную мощность, и сегодня фармакологически лечатся такие экзотические заболевания, как «синдром страха перед общественными уборными» или road rage disorder - синдром дорожного бешенства. Diseasemongering. Торговля болезнями, сегодня поставлена на солидную научную основу: в процесс включились профессиональные психиатры. В результате, с каждым днем появляются все новые и новые ужасающие недуги, которые грозят гибелью всему человечеству.Я не призываю отмахиваться от угроз эпидемии. Я призываю думать своей головой. Просто ответьте на два вопроса. Вы консультировались хоть с одним доктором по поводу эпидемии? И второй, сколько денег вы готовы выложить за новую панацею от ГРИППа?© Sudba.net