Форумы » У церковной ограды

• авлвоад щоапмдлмлд

  
   

  27 ноября 2010 г., 5:45:36 PST

  Впечатлила книга "Отец Арсений"! Просто классика православия! Даже не хочется никак комментировать. Кроме одного: ОЧЕНЬ ХОРОШО!  :flower:  Вся книга здесь: krotov.info/lib_sec/01_a/ars/eny_0.htm
  
  Скопировал оттуда одну романтическую историю.
  
  Признание.  
  
  В сороковые годы я вышла замуж за человека верующего, спокойного, доброго, но крайне замкнутого и молчаливого даже со мной. Старше меня он был на десять лет.
  
  Отечественная война была позади, репрессии 1946-1952 годов не коснулись нас. Родились две дочери, мама жила с нами. Муж любил меня ровно, спокойно, много времени отдавал детям, воспитывая их в духе веры. Материально мы жили хорошо, много молились дома, в субботу и в воскресенье ходили в ближайшую церковь, где был очень хороший священник, о. Георгий. Казалось, что в семье царит полное согласие и благополучие.
  
  Но пришла весна 1952 года, и со мной произошло то, что оставило след на всю жизнь. След остался какой-то двойной: тягчайшего греха, который я сознаю и в котором я искренне каялась, и в то же время захваченного мною большого счастья, радости бытия и прошедшей настоящей любви. Этот второй след лежит где-то на самом дне моей души, покрытый покаянием, но тем не менее живущий и сознаваемый. О своем грехе я говорила и каялась о. Георгию, о котором упоминала, и тогда мне думалось, что исповедь как бы частично очистила мое греховное прошлое.
  
  Что же произошло со мной? Я уже говорила, жили мы всей семьей дружно, и вдруг в 1952 году неожиданно увлекла и полностью поглотила меня огромная, всесжигающая любовь к человеку, чуждому по духу, неверующему, но доброму, хорошему, отзывчивому, очень умному и волевому. Любовь эта пришла почти внезапно. Первым потянулся ко мне он, с необычной для меня нежностью, подкупающей лаской и тем всепокоряющим вниманием и заботой, которые так ценят и любят все люди, и особенно женщины. К сожалению, мой муж никогда не был внимателен и ласков, в нем жил человек долга и размеренности.
  
  В первые дни внимание, забота и нежность Федора (настоящее имя его было другим) удивили и, пожалуй, чуть-чуть напугали меня, н в то же время я сама потянулась к нему, захотелось понять, заглянуть в его душевный мир, разведать тайники души и помочь, да, именно в чем-то помочь! В чем? Я и сама четко не понимала, что я могу сделать для Федора. Боже мой! Как много, огромно много значат для человека, и особенно для женщины внимание, ласковое и заботливое слово. Жизнь шла размеренно и привычно, каждый из нас, приходя домой, знал, что скажет и спросит муж, мама, дети. Интересы в сложившихся семьях становятся почти неизменными и не выходят за рамки устоявшихся годами привычек и традиций.
  
  С широким кругозором, энциклопедическими глубокими знаниями, энергичный, высокий, неброской, но привлекательной мужской внешностью, Федор нравился людям, но был скромен, замкнут, сдержан и, насколько я знала, никогда не увлекался женщинами, был однолюб и очень, я подчеркиваю, очень любил свою жену Анну, с которой я многие годы дружила. В 1952 году анюте было 43 года, Федору 46 лет. Федор с Анютой жили такою же размеренной жизнью, как и наша семья, но Анюта по характеру напоминала моего мужа, молчаливая, замкнутая, педантичная, неласковая и до удивления хозяйственная.
  
  Федор жил работой. Специальности наши смежные, и хотя мы работали в разных организациях, но иногда нам приходилось встречаться и даже выполнять совместные работы. Федор и Аня часто бывали у нас дома, так же как и мы у них. Невольно у меня с Федором разговор переходил на интересующие нас проблемы, и тогда Анюта и муж говорили: “Неужели даже дома необходимо вспоминать работу?” Но видя, что ничего не помогает, вели свои разговоры друг с другом или с другими гостями. Наше обычное знакомство, вероятно, продолжалось бы без всяких осложнений многие годы, если бы не пришла беда.
  
  Именно – если бы. Весной 1952 года мы с мужем должны были поехать в небольшой сердечный санаторий, мы не раз бывали в нем и любили окружающую его природу, но поездка не состоялась, мужа неожиданно послали в длительную командировку, и его путевка пропадала. Решили предложить ее Федору, благо у него был неиспользованный месячный отпуск. “И тебе не одиноко, свой человек будет рядом”, – сказал мне муж.
  
  Было начало мая, стояла солнечная теплая погода, светлая прозрачная зелень, раскинувшиеся холмистые дали, кружевные перелески, первые полевые цветы невольно создавали радостное, приподнятое настроение. Сверкание глади маленьких озер, связанных бесчисленными протоками, уединение, тишина, почти полное безлюдие в окрестностях санатория наполняли душу умиротворенностью, спокойствием, настраивали на лирические мысли. Вспоминались картины художников Васильева, Левитана, Нестерова. В эту весну мне все казалось прекрасным. Первые пять санаторных дней мы с Федором с увлечением ходили по окрестностям, говорили, говорили и говорили обо всем. Всегдашняя молчаливость и замкнутость Федора полностью исчезли. Было очень интересно. Обсуждали, спорили, восторгались, говорили о религии, вере, о чем только не говорили! Я была счастлива и всему радовалась. Федор вдруг открылся мне совершенно другим человеком – интеллектуальным, одаренным, ласковым, но после пятого дня пришел и шестой день, день, в который вся моя прошлая жизнь разлетелась вдребезги, и началась совершенно новая, наполненная радостью встреч, светом другого человека, огромной, сжигающей любовью.
  
  Семья, муж, дети, вера, наставления духовного отца, женская стыдливость – все смела, словно стихийное бедствие, никогда мною не испытанная земная человеческая любовь, и я поверила, что ко мне пришла настоящая, один раз в жизни являющаяся к человеку любовь, отказаться от которой не было сил, да я тогда и не хотела отказываться. Каждый день, прожитый с Федором, был счастьем, открытием новых ощущений, радостей. Окружающий меня мир стал прекрасным, и то, что раньше казалось тусклым, серым, вдруг заблистало, высветилось, стало красивым, светлым. И это, вновь найденное в жизни, несло и несло меня бурным потоком, размывающим когда-то дорогое и любимое мое прошлое. Я с нетерпением ждала следующего опьяняющего дня, новых разговоров, встреч, близости. Никогда я не испытывала таких чувств к мужу, его любовь и духовная близость, несмотря на то, что мы оба были глубоко верующими, не шли ни в какое сравнение с моим отношением к Федору. В своем чувстве к Федору я сгорала, забывая все и вся, и я видела, что то же происходит с Федором, только в значительно большей степени, он переродился на моих глазах. Возможно, что те, кто когда-то будут читать мои записки, удивятся, но за все семь месяцев нашей близости чувство раскаяния, сожаления о происходящем не приходило ко мне. Я любила его больше чем человека, в мое влечение к нему входил новый, огромный мир, не знаемый ранее. Критическое восприятие и осмысливание происходящего с точки зрения моего духовного прошлого было потеряно. Пишу так, как было тогда, пытаюсь говорить только правду. Федор переродился, энергия била ключом, огромный сгусток знаний, сосредоточенный в нем, вдруг стал доступен многим, и на работе он делал открытие за открытием, замкнутость, молчаливость исчезли, и окружающие с удивлением для себя замечали, что раньше они не знали его таким.
  
  О том, что я верующая, он узнал, увидев мои крестик и образок, приколотые к рубашке, и каждый раз с удивлением смотрел на них. Да, было так! И даже его вопрос: “А ты, оказывается, верующая?” – ни на секунду не заставил меня вспомнить прошлое, остановиться, задуматься.
  
  Время санаторного отдыха пролетело мгновенно, мы вернулись в город, но вернулись другими людьми. Встречи наши не прерывались, наоборот, отношения стали еще более прочными, мы продолжали встречаться, сперва, где могли, тайно, но потом с большим трудом была найдена комната. Боялись всего – встреч со знакомыми, сослуживцами, родными, уходили с работы в библиотеки, в местные командировки и бежали в нашу комнату. Мы воровали свою любовь у семьи, совести, воровали перед людьми, а я крала ее перед лицом Бога. Иногда мне казалось, что я влезла в чужой дом, жадно хватаю красивые вещи и все время боюсь, что поймают, и любой шорох и скрип пугают, но больше всего боюсь, что в этом доме меня застанут мама и муж. Даже во сне эти мысли преследовали меня. Я боялась задуматься о происходящем, потому что тогда мое прошлое властно вторглось бы в настоящую жизнь, и напускное мужество, зиждущееся на воруемом счастье, оставило бы меня, и тогда падение в бездну сомнений, переживаний и мучений стало бы неизбежным. Страх перед страданиями от разбитой любви с Федором, мучений, связанных с разрушением семьи, обнаруженным обманом, пугали; тайно и тайно можно было любить, любить, только скрывая, а также не вдумываться в происходящее, не анализировать. Лгала мужу, маме, оставляла детей, всячески изворачивалась и встречалась с Федором и не могла остановиться. Я думала, что муж ничего не замечает, да и сейчас не знаю, догадывался ли он о том, что было. Слишком он всегда был молчалив. На мои вымышленные задержки, раздражительность не реагировал, только стал более внимателен, больше уделял времени детям и много молился.
  
  Сколько могла продолжаться такая жизнь, не знаю, но на исходе седьмого месяца тяжело и длительно заболела старшая дочь. Вначале лечили дома, бессонные ночи у кроватки дочери, вызовы врачей, уход как-то невольно легли на плечи мужа и мамы. Стало хуже, и дочь пришлось положить в больницу, и здесь основная тяжесть легла на мужа. Даже в эти опасные дни я не остановилась, урывками бегала к Федору и, как мне тогда думалось, вполне законно забывалась от невзгод жизни.
  
  На работу мне позвонила мама и сказала, что дочери стало плохо. В этот день и час я должна была встретиться с Федором, и я, невзирая ни на что, пошла к нему. Что-то около трех часов дня побежала домой, чтобы взять в больницу приготовленный мамой сверток и застала мужа, стоящего на коленях перед иконами.
  
  “Господи! Не остави нас, грешных, исцели и посети милостью Твоею”, – и называл имя дочери и мое.
  
  Осторожно выйдя из комнаты и взяв оставленный мамой в кухне сверток, я побежала в больницу. Мысль о болезни дочери, страх за ее жизнь, отчетливое сознание моего духовного падения мгновенно перевернули мою душу. Словно завеса спала с моих глаз. Я, верующая, стала хуже многих неверующих, перед которыми втайне гордилась своей верой.
  
  Прибежав в больницу, увидела мужа, склонившегося над кроватью дочери. Мне почудилось, что дочь умерла. Я кинулась к ней, муж остановил меня: “Не подходи, она сейчас спит после укола”, – и отвел меня к окну.
  
  “Я жду тебя здесь почти с утра, – сказал он и продолжил фразу: – Теперь кризис прошел, и вы обе вернулись”. И эта непонятная фраза привела меня в смятение, что значит “...и вы обе вернулись”? Мне показалось, что дочь умерла и муж в волнении говорит бессмысленные слова. Я бросилась к мужу и зарыдала. Мягко обняв меня и гладя по плечам, он повторял “Ничего, ничего, все уже кончено, все”.
  
  Я поняла, что дочь жива и несколько успокоилась, но слова мужа таили еще какой-то смысл, видимо, относившийся ко мне. Поразительно еще то, что он не уходил из больницы с самого утра, а я отчетливо видела его дома. Что это? Всю ночь просидели у кровати дочери. Оба молчали, но сколько передумали... Вся моя жизнь прошла перед мысленным моим взором, и я увидела себя такой, какой была. Я боялась смотреть на мужа: его кротость, терпение сделали больше, чем любые укоряющие слова.
  
  С этого дня моя жизнь с Федором сразу оборвалась. Конечно, я была безвольной игрушкой в руках греха, мне было стыдно за себя, что я отступилась от Бога, забыла наставления о. Арсения, что пошла по пути неверности и развращенности.
  
  Но одновременно с этим должна сказать, что прошли долгие годы после случившегося в 1952 году, я искренне каялась в происшедшем, сознавала и сознаю всю греховность содеянного, прошу Господа простить меня, но в то же время не жалею о происшедшем. Слишком искренней, настоящей и по-человечески прекрасной была наша любовь с Федором. Я ошиблась, оступилась, но я любила и, даже находясь семь месяцев в состоянии греха и сознавая его, молила Господа простить меня, так же как молю и уповаю и теперь на Его милость.
  
  Мне говорили: раз ты так говоришь, то ты не раскаялась, не осознала глубину своего падения. Это неправда, я все осознала, но проклясть прошлое не могу и не хочу. Судить меня можно по-всякому.
  
  Жизнь наша с мужем пошла по-прежнему, только внутренне я стала другой. Незримая черта тайны отделила меня от мужа, но он, как мне казалось, не чувствовал этого, так же был молчалив, немногословен. Знаю, он любил меня, но слишком размеренно и спокойно, иногда мне думалось, что я была для него одной из вещей, находившихся в квартире, матерью наших детей, но не женой и женщиной.
  
  Федор ушел из моей внешней жизни, никогда не возникало даже намека на прежние отношения, мы встречались семьями, ходили друг к другу в гости, знакомство нельзя было прервать, так как мой муж и жена Федора Анна просто это не поняли бы. Наш разрыв с Федором очень сильно повлиял на него, пропала энергия, появилась вялость, работа валилась из рук, и только лет через восемь он пришел в себя. Самым неприятным было то, что Анюта по-прежнему дружила со мной, даже рассказывала мне, что в 1952 году она почувствовала увлечение Федора какой-то женщиной. Трудно и стыдно мне было это слушать.
  
  Вот что было со мной тогда.
  
  P.S. Интересно, - может ли "тягчайший грех" одновременно быть "настоящей любовью" ?? И если Бог послал такую "настоящую любовь" - не странно ли каяться в этом на исповеди?
  Жизнь, имхо, - куда сложнее формального списка грехов. Не лучше ли просто признать Божью волю во всём и перестать видеть беса за каждым кустом?
• Александр Фатеев

  
   

  29 ноября 2010 г., 12:26:16 PST

  Слышать в сердце голос Бога и определять,что в жизни является истинным,а что ложным невероятно сложная задача. А книгу "Отец Арсений" я тоже читал и убедился,что чудеса бывают и в наше время. Рекомендую прочитать всем.
• авлвоад щоапмдлмлд

  
   

  30 ноября 2010 г., 4:57:56 PST

  Слышать в сердце голос Бога и определять,что в жизни является истинным,а что ложным невероятно сложная задача. А книгу "Отец Арсений" я тоже читал и убедился,что чудеса бывают и в наше время. Рекомендую прочитать всем.

  
  
  Мне тоже книга очень понравилось, даже несмотря на то, что там обсуждается нелюбимая мною тема "сталинских репрессий". Но обсуждается С УМОМ, а не на уровне жёлтой прессы.
• Screw Screw

  
   

  30 ноября 2010 г., 5:12:58 PST

  Немного не понял. Рассказ о том как женщина согрешила и не покаялась. В чём смысл?
• авлвоад щоапмдлмлд

  
   

  30 ноября 2010 г., 6:08:46 PST

  Немного не понял. Рассказ о том как женщина согрешила и не покаялась. В чём смысл?

  
  
  Я привёл рассказ не полностью. Женщина эта каялась дважды: священнику и своему духовному отцу. Но при этом не жалеет о прошлом.
  
  А смысл у каждого будет свой!  :)  У меня он в том, что жизнь сложнее всяких догм!
• Screw Screw

  
   

  30 ноября 2010 г., 7:04:59 PST

  Какие тут догмы. Женщина гуляла на стороне это предательство, которое могло разрушить семью, разделить родителей и оставить негативный след на детях, может подтвердить даже атеист. Интересно что бы она написала если всегда была верна своему мужу, верила ему и тут узнала что у него оказывается на стороне была  "настоящая любовь"  :lol:
• авлвоад щоапмдлмлд

  
   

  30 ноября 2010 г., 7:17:08 PST

  Какие тут догмы. Женщина гуляла на стороне это предательство, которое могло разрушить семью, разделить родителей и оставить негативный след на детях, может подтвердить даже атеист. Интересно что бы она написала если всегда была верна своему мужу, верила ему и тут узнала что у него оказывается на стороне была  "настоящая любовь"  :lol:

  
  
  Тем не менее воля Божья была в том, чтобы предательство совершилось. Можно конечно сказать - "Бог не желал предательства, лишь попустил его". Но дело в том, что это одно и то же, имхо!  :)  
  
  Женщине нужен был опыт, который она могла получить только через "предательство". Именно поэтому и говорят, что Бог непостижим и парадоксален. В этой истории иной вариант был невозможен в принципе.
  
  Древние евреи забили бы её камнями, факт. Именно поэтому некоторые считают, что ветхозаветный Яхве - одна из ипостасей лукавого. Лично мне кажется, что всё дело в низком сознании древних евреев. Поэтому и законы соответствующие. А современный человек должен видеть оттенки, а не только белое и чёрное.
• Screw Screw

  
   

  30 ноября 2010 г., 7:46:05 PST

  За ней тоже был какой то выбор, хотя бы в том покаяться или нет.
• авлвоад щоапмдлмлд

  
   

  30 ноября 2010 г., 7:56:17 PST

  За ней тоже был какой то выбор, хотя бы в том покаяться или нет.

  
  
  Конечно. И в то же время - не познав искушения дьявола, невозможно познать и Бога. Поэтому и дьявол нужен в этом мире. Иначе Бог давно бы его (дьявола)  - уничтожил. Более того - исключил бы саму возможность его появления!
  
  Вспомнил.....
  
  Жизнь проведя вдали от женских спален,
  И сторонясь помоек всех со свалками, -
  Настолько стал стерильно идеален,
  Что даже по нужде ходил фиалками!    :lol:
  
  Народная мудрость, однако!
  
  P.S. А книга и правда хороша!  :)
• Екатерина Анисимова

  

  • 3 сообщения
   

  30 ноября 2010 г., 8:00:25 PST

  Тем не менее воля Божья была в том, чтобы предательство совершилось. Можно конечно сказать - "Бог не желал предательства, лишь попустил его". Но дело в том, что это одно и то же, имхо!  :)

  
  такими суждениями можно оправдать любые наши поступки, даже самые тяжкие грехи и все свалить на Божью волю, но это не так, она могла противостоять этим искушениям с Божьей помощью, если б сама очень захотела, силком нас никто тащить не будет, мы сами делаем выбор и расплачиваемся за него.
• Screw Screw

  
   

  30 ноября 2010 г., 8:04:29 PST

  Тем не менее воля Божья была в том, чтобы предательство совершилось. Можно конечно сказать - "Бог не желал предательства, лишь попустил его". Но дело в том, что это одно и то же, имхо!  :)

  
  такими суждениями можно оправдать любые наши поступки, даже самые тяжкие грехи и все свалить на Божью волю, но это не так, она могла противостоять этим искушениям с Божьей помощью, если б сама очень захотела, силком нас никто тащить не будет, мы сами делаем выбор и расплачиваемся за него.
  
  именно так
• авлвоад щоапмдлмлд

  
   

  30 ноября 2010 г., 8:24:54 PST

  она могла противостоять этим искушениям с Божьей помощью, если б сама очень захотела

  
  
  Тогда бы в её жизни не было вот этого:  "Окружающий меня мир стал прекрасным, и то, что раньше казалось тусклым, серым, вдруг заблистало, высветилось, стало красивым, светлым"  
  
  Как же быть?  :)
• Screw Screw

  
   

  30 ноября 2010 г., 8:42:56 PST

  она могла противостоять этим искушениям с Божьей помощью, если б сама очень захотела

  
  
  Тогда бы в её жизни не было вот этого:  "Окружающий меня мир стал прекрасным, и то, что раньше казалось тусклым, серым, вдруг заблистало, высветилось, стало красивым, светлым"  
  
  Как же быть?  :)
  
  Это могут быть и наркотики  :lol:
• Екатерина Анисимова

  

  • 3 сообщения
   

  30 ноября 2010 г., 10:05:37 PST

  она могла противостоять этим искушениям с Божьей помощью, если б сама очень захотела

  
  
  Тогда бы в её жизни не было вот этого:  "Окружающий меня мир стал прекрасным, и то, что раньше казалось тусклым, серым, вдруг заблистало, высветилось, стало красивым, светлым"  
  
  она просто находилась во власти греха, она прельстилась, и поэтому в это время она воспринимала все в радужных красках.
  еще удивительно как терпел ее муж и молился за нее, другой бы сразу бы на дверь показал, а он вымаливал ее...
• Александр Фатеев

  
   

  30 ноября 2010 г., 12:12:17 PST

  Она смогла главное:отличить в себе то,что от бога от того,что от дьявола. На это способны немногие. А что касается мужа,то он проявил истинное христианское прощение и терпение.
• Екатерина Анисимова

  

  • 3 сообщения
   

  30 ноября 2010 г., 12:40:51 PST

  А что касается мужа,то он проявил истинное христианское прощение и терпение.

  
  это да, но с другой стороны он имел полное право на развод, его предали, и предал самый близкий человек, и от этого еще больнее, такое прощают лишь единицы.
• авлвоад щоапмдлмлд

  
   

  3 декабря 2010 г., 5:14:26 PST

  еще удивительно как терпел ее муж и молился за нее, другой бы сразу бы на дверь показал, а он вымаливал ее...

  
  
  Когда ЛЮБИШЬ - это нетрудно.
• Екатерина Анисимова

  

  • 3 сообщения
   

  3 декабря 2010 г., 6:35:22 PST

  еще удивительно как терпел ее муж и молился за нее, другой бы сразу бы на дверь показал, а он вымаливал ее...

  
  
  Когда ЛЮБИШЬ - это нетрудно.
  
  как сказать, человеку можно всё простить, но вот предательство всё перечеркивает...
• авлвоад щоапмдлмлд

  
   

  3 декабря 2010 г., 6:55:17 PST

    еще удивительно как терпел ее муж и молился за нее, другой бы сразу бы на дверь показал, а он вымаливал ее...

  
  
  Когда ЛЮБИШЬ - это нетрудно.
  
  как сказать, человеку можно всё простить, но вот предательство всё перечеркивает...
  
  
  Для меня простить не было бы проблемой. Реальная жизнь сильно меняет "книжные" представления. И о любви в том числе.  Перечёркивает не предательство, а взаимное равнодушие, имхо. Всё прочее поправимо.
  
  Знаю одну женщину, у которой муж сходил налево. Самое смешное - она поняла это по выражению его лица!  :)  Проницательную женщину обмануть сложно. Но она оказалась достаточно разумной, чтобы понять: это было мимолётное увлечение. И я её тоже вполне понимаю.