7 февраля 2009 г., 14:25:38 PST
Извините, не удержался.
- Мистер Бейтс, простите, что говорю об этом, но сколько еще вы соби-
раетесь продолжать такую жизнь? Вы взрослый мужчина. И конечно, понимае-
те, что нельзя вести себя как маленький мальчик до конца дней. Простите
за грубость, но...
- Я все понимаю. Я сознаю, какая у нас создалась ситуация. Я ведь уже
говорил вам, я много читал. И знаю, что говорит о подобных вещах психи-
атрия. Но я должен исполнить свой долг в отношении Мамы.
- Но, может быть, мистер Бейтс, вы исполните этот долг перед ней и
перед самим собой, если устроите так, чтобы ее поместили в... лечебное
заведение?
- Она не ПОЛОУМНАЯ!
Извиняющийся, тихий и мягкий голос исчез, эти слова он выкрикнул
визгливым тенором. Теперь толстяк стоял перед ней, его руки смахнули
чашку со стола. Она со звоном разбилась, но Мери даже не повернула голо-
ву: она не могла оторвать взгляда от исказившегося до неузнаваемости ли-
ца.
- Она не полоумная, - повторил он. - Что бы вы ни думали, что бы все
они ни думали. Неважно, что говорится в книгах или что там доктора ска-
жут в психбольнице. Я знаю, как это делается. Они быстренько запишут ее
в сумасшедшие и запрут у себя, только дай им возможность, мне стоит лишь
вызвать их, и все. Но я не сделаю этого, потому что я ее знаю. Неужели
так трудно понять? Я знаю, а они нет. Они не знают, как она заботилась
обо мне долгие годы, когда всем вокруг было все равно, как она работала
ради меня, чем она пожертвовала. Сейчас у нее, конечно, есть странности,
но это моя вина, я виноват. В тот раз, когда она пришла ко мне и сказа-
ла, что хочет снова выйти замуж, я заставил ее отказаться от этого. Да,
я заставил ее, я виноват! И не надо объяснять мне насчет ревности, само-
дурства: я тогда вел себя хуже, чем она сейчас. Если уж говорить о том,
кто полоумный, я тогда был в десять раз хуже ее. Если бы они, эти докто-
ра, знали, что я говорил и что делал в тот день, как вел себя, они мо-
ментально посадили бы в психушку меня. Ну что ж, в конце концов я смог
преодолеть себя. А она не смогла. Но кто дал вам право определять, кого
нужно изолировать, а кого нет? Мне кажется, временами каждый из нас бы-
вает чуточку полоумным.
Он остановился, но не потому, что не хватило слов, просто чтобы пере-
вести дыхание. Его лицо было очень красным, а толстые губы начали дро-
жать.
Мери поднялась.
- Я... пожалуйста, простите меня, - тихо произнесла она. - Честное
слово, я не хотела. Прошу вас извинить меня. Я не имела никакого права
говорить такое.
Мери начала кричать, но тут занавеска раздвинулась шире, из клубов
пара возникла рука, держащая огромный мясницкий топор. Этот топор мгно-
вение спустя оборвал ее крик.
И отрубил голову.
Роберт Блох.
Привет от Хичкока. :D