-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
но самое интересное в критике Осипова это:
Странные, с т.з. православия на мой взгляд переходы к материальности души и неотделимости, а точнее, объемлемости разума, но отделение от духа.
Дух созерцает, душа изобретает. Потеря духовности привела к созданию множества религиозных систем, где духовное заменилось душевным, и потеря восполнилась изобретательностью. Религия —откровение, данное Богом и хранимое в Церкви, в поле действия благодати. Измена церковному преданию, в каких бы формах — явных или скрытых — она ни совершалась, приводит к реформаторству, подмене предания человеческими домыслами. Душа, действуя в материальном плане, находится на своем месте. Душа, вторгающаяся в область духа, проявляет себя как фантазерка.
Что в итоге может лишь ввести в теоретическую путанницу. но сути все же не меняет.
Пока не спросить материальная душа бессмертна или бессмертен тогда получается дух?
Если бы Вы прочли ЭТУ книгу, у Вас было бы меньше вопросов к архимандриту Карелину <_<
www.vehi.net/luka/oduhe.html
Вы вдумайтесь. Ведь здесь самоубийство считается приемлемым грехом.
Вы просто не понимаете, о чём речь. Почитайте на досуге:
Выбор Джанны
media.catholic.by/lubite/n6/article3.htm
16 мая 2004 г. к лику святых Католической Церковью была причислена итальянка Джанна Беретта Молла, чьё самопожертвование Иоанн Павел ІІ назвал образцом любви к зарождающейся жизни.
«Джанна была прекрасной женщиной, — говорит её муж. — Красивой, интеллигентной, доброй. Она часто улыбалась, была современной и элегантной, обожала путешествовать, особенно в горы, кататься на лыжах. Очень любила цветы, музыку, театр». В этом, вроде бы, нет ничего особенного. Кроме одного: вся жизнь Джанны определялась верой.
Она родилась в 1922 году в Милане, была предпоследним ребёнком из тринадцати детей в семье. Училась в лицее, затем в университете, стала хирургом, позже получила диплом педиатра. Ещё подростком занималась благотворительностью, вступив в Общество св. Винцента де Поля. По её записям в дневнике можно судить, насколько глубока и чиста была её вера: «Обещаю Тебе, Иисусе, терпеливо снести всё, что Ты мне предопределишь. Да будет на всё Твоя воля». Быть может, именно в то время Джанна приняла во всей полноте слова Христа: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за других».
Свою профессию, несущую исцеление людям, Джанна сравнивала со священническим служением: «Мы, медики, прикасаемся ко Христу через наших пациентов. В каждом страдающем человеке живёт Христос».
Пьетро Молла вспоминает: «С того самого момента, когда я впервые увидел Джанну, мне захотелось остаться с ней навсегда». В апреле 1955 г. состоялась их помолвка, а в сентябре они обвенчались. Они были очень счастливы в браке, жизнь их была заполнена любимой работой, общением с друзьями, общие интересы сближали их. Все семь лет, которые они прожили вместе, Джанна каждое утро ходила в храм — без веры, без молитвы она себя не мыслила.
Счастливы были они и в детях. Их родилось трое: мальчик и две девочки. Потом у Джанны случились два выкидыша. А когда вновь наступила беременность, обнаружилось, что у Джанны раковая опухоль. Удалять её значило неизбежно потерять ребёнка и больше уже никогда не рожать. Сохранить ребёнка — подвергнуть смертельной опасности собственную жизнь во время родов. Джанна — врач — понимала всю серьёзность положения, но не колебалась в выборе. Она верила, что всё закончится благополучно, — или хотела верить. За две недели до родов Джанна сказала мужу: «Если нельзя будет спасти нас обоих и придётся выбирать, пусть спасут ребёнка, а не меня. Не сомневайся ни минуты, я требую этого». А одному из друзей призналась: «Я ложусь в больницу и не уверена, что вернусь домой. У меня тяжёлая беременность: мне сказали, что спасти могут лишь одного из двоих, но я хочу, чтобы жил мой ребёнок».
Джанна не хотела беспокоить мужа. До родов старалась вести нормальную жизнь. «Тревожил меня только тот тихий порядок, который наводила изо дня в день в каждом углу нашего дома, — рассказывал муж, — словно собиралась в дальнюю дорогу».
В Страстную пятницу 1962 г. начались роды. В Страстную субботу 21 апреля через кесарево сечение на свет появилась здоровая девочка — Джанна Эмануэла.
Пьетро Молла вспоминает следующий день, Пасхальное Воскресенье: «Джанна взяла ребёнка на руки, поцеловала и посмотрела на него пристально и печально — и тут меня пронзило: она понимает, что ребёнку предстоит жить без матери». Через неделю, 28 апреля, Джанна Беретта Молла умерла.
Пьетро Молла был уверен, что Джанна сделала это не для того, чтобы попасть в рай, но потому, что ощущала себя настоящей матерью. Была глубоко убеждена, что ребёнок, которого носила в своём чреве, имел такие же права, как и остальные дети.
О случившемся много говорили, спорили. Церковь же увидела в этом подвижничество во имя жизни, «пример, актуальный для современности», когда так легко попираются всяческие ценности — и небесные и земные.
Письмо Джанны к Пьетро накануне помолвки,
9 апреля 1955 г. -
Вы вдумайтесь. Ведь здесь самоубийство считается приемлемым грехом.
Как хороша была бы жизнь, если мы сами следовали советам, которым даем другим))
Если пойти Вашим сомнительным логическим путем, то получится, что те, кто совершил подвиг (предположим, на войне), должен считаться самоубийцей.
Христианин же однозначно в обсуждаемой ситуации руководствуется евангельским заветом: " Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих " (Ин 15, 13).
Церковь, конечно, не может требовать от человека подвига. Но и осуждать подвиг во имя Христово она не будет.
А авторитеты для меня все и никто на сей момент в какой то мере....
У меня тоже когда-то было похожее состояние. Всё встало на свои места, когда я поняла, что Библия - незыблемый авторитет в моей жизни (и другого мне не нужно).
А Ваши проблемы - оттого, что Вы Осипова стали усваивать прежде Евангелия. Это все равно, что телегу впереди лошади запрягать , - бессмысленно абсолютно.
но самое интересное в критике Осипова это:
Странные, с т.з. православия на мой взгляд переходы к материальности души и неотделимости, а точнее, объемлемости разума, но отделение от духа.
Дух созерцает, душа изобретает. Потеря духовности привела к созданию множества религиозных систем, где духовное заменилось душевным, и потеря восполнилась изобретательностью. Религия —откровение, данное Богом и хранимое в Церкви, в поле действия благодати. Измена церковному преданию, в каких бы формах — явных или скрытых — она ни совершалась, приводит к реформаторству, подмене предания человеческими домыслами. Душа, действуя в материальном плане, находится на своем месте. Душа, вторгающаяся в область духа, проявляет себя как фантазерка.
Что в итоге может лишь ввести в теоретическую путанницу. но сути все же не меняет.
Пока не спросить материальная душа бессмертна или бессмертен тогда получается дух?
Если бы Вы прочли ЭТУ книгу, у Вас было бы меньше вопросов к архимандриту Карелину <_<
www.vehi.net/luka/oduhe.html
Вы вдумайтесь. Ведь здесь самоубийство считается приемлемым грехом.
Вы просто не понимаете, о чём речь. Почитайте на досуге:
Выбор Джанны
Да, - именно это я и подразумевала выше.
media.catholic.by/lubite/n6/article3.htm
16 мая 2004 г. к лику святых Католической Церковью была причислена итальянка Джанна Беретта Молла, чьё самопожертвование Иоанн Павел ІІ назвал образцом любви к зарождающейся жизни.
«Джанна была прекрасной женщиной, — говорит её муж. — Красивой, интеллигентной, доброй. Она часто улыбалась, была современной и элегантной, обожала путешествовать, особенно в горы, кататься на лыжах. Очень любила цветы, музыку, театр». В этом, вроде бы, нет ничего особенного. Кроме одного: вся жизнь Джанны определялась верой.
Она родилась в 1922 году в Милане, была предпоследним ребёнком из тринадцати детей в семье. Училась в лицее, затем в университете, стала хирургом, позже получила диплом педиатра. Ещё подростком занималась благотворительностью, вступив в Общество св. Винцента де Поля. По её записям в дневнике можно судить, насколько глубока и чиста была её вера: «Обещаю Тебе, Иисусе, терпеливо снести всё, что Ты мне предопределишь. Да будет на всё Твоя воля». Быть может, именно в то время Джанна приняла во всей полноте слова Христа: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за других».
Свою профессию, несущую исцеление людям, Джанна сравнивала со священническим служением: «Мы, медики, прикасаемся ко Христу через наших пациентов. В каждом страдающем человеке живёт Христос».
Пьетро Молла вспоминает: «С того самого момента, когда я впервые увидел Джанну, мне захотелось остаться с ней навсегда». В апреле 1955 г. состоялась их помолвка, а в сентябре они обвенчались. Они были очень счастливы в браке, жизнь их была заполнена любимой работой, общением с друзьями, общие интересы сближали их. Все семь лет, которые они прожили вместе, Джанна каждое утро ходила в храм — без веры, без молитвы она себя не мыслила.
Счастливы были они и в детях. Их родилось трое: мальчик и две девочки. Потом у Джанны случились два выкидыша. А когда вновь наступила беременность, обнаружилось, что у Джанны раковая опухоль. Удалять её значило неизбежно потерять ребёнка и больше уже никогда не рожать. Сохранить ребёнка — подвергнуть смертельной опасности собственную жизнь во время родов. Джанна — врач — понимала всю серьёзность положения, но не колебалась в выборе. Она верила, что всё закончится благополучно, — или хотела верить. За две недели до родов Джанна сказала мужу: «Если нельзя будет спасти нас обоих и придётся выбирать, пусть спасут ребёнка, а не меня. Не сомневайся ни минуты, я требую этого». А одному из друзей призналась: «Я ложусь в больницу и не уверена, что вернусь домой. У меня тяжёлая беременность: мне сказали, что спасти могут лишь одного из двоих, но я хочу, чтобы жил мой ребёнок».
Джанна не хотела беспокоить мужа. До родов старалась вести нормальную жизнь. «Тревожил меня только тот тихий порядок, который наводила изо дня в день в каждом углу нашего дома, — рассказывал муж, — словно собиралась в дальнюю дорогу».
В Страстную пятницу 1962 г. начались роды. В Страстную субботу 21 апреля через кесарево сечение на свет появилась здоровая девочка — Джанна Эмануэла.
Пьетро Молла вспоминает следующий день, Пасхальное Воскресенье: «Джанна взяла ребёнка на руки, поцеловала и посмотрела на него пристально и печально — и тут меня пронзило: она понимает, что ребёнку предстоит жить без матери». Через неделю, 28 апреля, Джанна Беретта Молла умерла.
Пьетро Молла был уверен, что Джанна сделала это не для того, чтобы попасть в рай, но потому, что ощущала себя настоящей матерью. Была глубоко убеждена, что ребёнок, которого носила в своём чреве, имел такие же права, как и остальные дети.
О случившемся много говорили, спорили. Церковь же увидела в этом подвижничество во имя жизни, «пример, актуальный для современности», когда так легко попираются всяческие ценности — и небесные и земные.
Письмо Джанны к Пьетро накануне помолвки,
9 апреля 1955 г. -
-
-